Время работы:

Пн.-Пт: с 9:00 до 19:00

Петр великолепный в кружевах любви

Петр великолепный в кружевах любви

В "Ленкоме" состоялась премьера спектакля Марка Захарова "Шут Балакирев"

"Шут Балакирев" - последняя пьеса Григория Горина, ленкомовского "своего Антона Павловича", как в шутку называл драматурга Марк Захаров. Горин некоторые диалоги по просьбе Захарова дописывал в последние часы своей жизни, а спектакль по его пьесе родился ровно через одиннадцать месяцев после его смерти. И получился спектаклем-завещанием Горина.

Время действия спектакля - Петровская эпоха. Место - два света: тот и этот. В загробном мире удят рыбу, просят друг у друга прощения, подводят итоги прожитому, мучаются от мыслей - "тело-то здесь боли не знает, а мысли, как гвозди". В мире живых правят, любят, вершат все то, от чего потом не будут знать покоя на том свете, хоть то великие цари, хоть шуты.

В основу положены документальные факты, и действуют в спектакле лица известные - Петр, Екатерина I, Меншиков, Ягужинский. Петр доживает свои последние дни, Екатерина всходит на трон, Меншиков с Ягужинским тягают власть друг у друга... Но спектакль воспринимается как исторический - но об истории не петровской, а нашей - вчерашней. Кому передать власть - вопрос, полтора года назад звучавший бы в унисон газетным заголовкам. Но в театре Марка Захарова гонки по линии актуальности не самое главное, и потому острее, глубже, сильнее в спектакле звучат горинские темы, взятые вне сегодняшнего контекста, - и человеческие, и политические. Главная мука Петра Великого, от которой он даже на том свете страдает головной болью, в том, что империю он создал, но как ей управлять, подданных не научил. Не умеют они справиться с этой диковинной машиной - государством, вот и разваливается оно, трещит, как рассохшиеся половицы. Марк Захаров знает, на какие клапаны нужно нажимать, ставя спектакль, и умеет задевать больные струны. В его постановке Петр Великий (Олег Янковский), императрица Екатерина Алексеевна (Александра Захарова), князь Александр Меншиков (Николай Караченцов), Павел Ягужинский (Александр Збруев) - Петруша, Катя, Саша, Паша. Люди, власть имущие и приближенные к ней с акцентом на первом слове - "люди". Которые обуреваемы теми же страстями, что и шуты, говорящие без повелительного пафоса, но с душевным надрывом, выглядящие не как исторические фигуры, а как живые люди, коим сопереживаешь без остановки на антракт - ни одной минуты Марк Захаров не оставил, чтобы можно было отвлечься и подумать о чем-то своем. "Шут Балакирев" идет на таком нерве и в таком темпе, какой сейчас в московских театрах - большая редкость. Штучный товар, чью высокосортность давно оценила публика, и на ее разные вкусы здесь не забывают делать поправки. В "Шуте Балакиреве" скабрезности, от которых воротит нос (один из царской шутовской команды ради потехи играет на дудке, вставив ее в зад), и гениальности, от которых захватывает даже самый искушенный дух, рядом. Облегчило премьерную задачу и то, что спектакль у Марка Захарова фактически был готов в январе, ждали только декораций Олега Шейнциса - некрашеных половиц и петровских стульев. А точнее, готовности гидравлической системы поднять эти доски со стульями в вертикаль - для символической наглядности распада империи и для демонстрации методов карьерных построений при дворе: где бочком, где вприпрыжку, а где и в щелочку проползти. На то, чтобы доски встали дыбом, потребовалось дополнительных полгода. Задержка себя оправдала - технические эффекты подчеркивали актерские удачи.

Применительно к Олегу Янковскому в роли Петра Великого не побоюсь определения "великолепный". Вот кто уж царь, так царь. Коли любит - всё к ногам избранницы положит, трона не пожалеет, если пьет - так вся округа дрожит, а в гнев войдет - зубы подданным рвет голыми пальцами. Цельная, мощная натура имперского масштаба, блестящая работа. У Александра Збруева (обер-прокурор Ягужинский) роль хоть и не столь внешне колоритная, но подразумевающая такой же богатый подтекст. Актеру удалось создать любопытный характер, притягивающий к себе внимание, как магнит.

Ключ к решению Александрой Захаровой образа Екатерины в ее словах - "один державу дарит, другой - жизнь (камергер Монс, за любовную связь с ней поплатившийся головой). Разве на всех вас у женщины сил хватит?". Ее Екатерина при жизни Петра - добрая заступница, на коленях которой стихают все гневные припадки Петра, а после его смерти - спивающаяся императрица, пытающаяся править державой на петровский манер, носящая мужские сапоги, то и дело просящая своего покойного мужа забрать ее к себе...

Единственный человек, на которого она смотрит с надеждой в свои последние дни, - любимый шут ее мужа Иван Балакирев, бывший солдат Преображенского полка, ставший доверенным слугой императора и Екатерины I и пострадавший во время процесса Монса - его сослали на каторгу за то, что был в курсе любовной связи Екатерины. После смерти Петра Ивана Балакирева вернули из ссылки и повелели находиться при дворе. Это реальный персонаж русской истории и один из главных героев трагикомедии Григория Горина. Играет его Сергей Фролов. Это его первая главная роль, и играет он ее так, что ясно становится, как губительны всегда царская милость и близость к власти на Руси.

Перед Балакиревым Горин поставил философский вопрос смысла жизни, а царь Петр заставил его этот вопрос решить. На том свете (куда шут чуть было не угодил - спасли Петр и другие "мертвяки" - помогли выкарабкаться, Бога попросили) царь спрашивает своего любимого шута, что же он сумел сделать в своей жизни. Солдатом плохим был - иначе в шуты бы из Преображенского полка не угодил; шутом - тоже так себе; когда-то коров пас - да и пастух из него получался неважный... Тогда Петр вручает ему диковинный заморский музыкальный инструмент, который Балакирев в первый раз видит, и велит освоить: "Играй!". Ну в том частном смысле, что каждый человек должен в себе что-то найти, что-то открыть, и в более глобальном: наследника себе Петр не оставил, государством - такой же диковиной для двора, как и заморский инструмент для Балакирева - управлять не научил, так хотя бы в одном человеке захотел талант открыть. И Балакирев сыграл! Сергею Фролову потребовалось для этого окончить музыкальную школу по классу гобоя, проучиться год в Консерватории и два - в Гнесинке, окончить в ГИТИСе мастерскую Марка Захарова и три года проработать в "Ленкоме". Но не в университетах дело. Ивану Балакиреву хватило главного - очень сильно этого захотеть.

Время МН, 15 мая 2001 года

Ирина Корнеева