Балет "Русские сезоны" в Большом театре:
Алексей Ратманский о балете "Русские сезоны":
«Несмотря на название, никакого отношения к «Русским сезонам» Дягилева этот балет не имеет. «Русские сезоны» - это времена года, 12 месяцев, 12 номеров, и танцуют их 12 артистов - шесть балерин и шесть танцовщиков. Шесть пар - шесть дуэтов, облаченных в костюмы разных цветов: желтый, красный, зеленый, синий, фиолетовый, бардовый. Это ансамблевый балет и в этом его сложность».
"Русские сезоны" Алексей Ратманский сначала поставил в Нью-Йорке, в театре New York City Ballet. Та постановка имела огромный успех: критики с изумлением узнали о том, что русский балет может быть современным, Ратманский получил приглашение стать режиссером театра (от чего отказался), а спектакль прочно обосновался в репертуаре New York City Ballet и теперь успешно путешествует по миру.
«Русские сезоны» - 35-минутный авангардный балет на совершенно замечательную тонкую, стильную музыку Леонида Десятникова, и поставлен с острым ощущением тонкости и стиля этой музыки. Балет "Русские сезоны" основанный на русском фольклоре, языческих и православных праздниках, народных танцах. 12 танцовщиков в стилизованных цветных сарафанах танцуют каждый свою историю. Сюжет развивается посезонно: в нем 12 месяцев, поделенных на четыре цикла.
«Русские сезоны» - балет о России, о Руси, с национальными мотивами в музыке, в русскими словами в песне, с разноцветными «постмодернистскими» рубахами и сарафанами.
«Русские сезоны» Ратманского – размышления о России человека, лишенного комплекса неполноценности и болезненного синдрома патриотизма. Женскую судьбу этой земли он, космополит, хорошо знает и глубоко чует. Языком ультрасовременным говорит о ней страстно и иронично.
В спектакле нет литературного сюжета, но определенно есть сюжет эмоциональный. Шесть танцующих пар отличают друг от друга не только цвета костюмов. Их по-разному окрашивает характер каждой солистки. Индивидуальности Светланы Захаровой, Натальи Осиповой, Екатерины Шипулиной, Анны Ребецкой, Екатерины Крысановой, Анны Никулиной для Ратманского крайне важны. Но лишь в едином ансамбле. Даже финальный выход Захаровой - невесты в нездешне белом подвенечном платье не выдает в ней примадонны.
Единение композитора и хореографа выглядит идеальным — проникновенной, порой трагичной, но не лишенной изящества и тонкого юмора музыке соответствует композиционно прихотливый танцевальный рисунок, в котором «голоса» исполнителей образуют причудливые сочетания, завершающиеся редкой по красоте мизансценой. Таким же совершенным жестом выглядит и новая программа. И как мастер хореографии, в ней Ратманский предусмотрел воздух для дальнейшего совершенствования.
